Расскажи друзьям!

Революция в творчестве Александра Блока

Ненавидя, кляня и любя:

За мученья, за гибель - я знаю

Все равно: принимаю тебя!

(Александр Блок)

У нашего отряда в пионерлагере был девиз: “И вечный бой! Покой нам только снится”, который мне очень нравился. Лишь много позже я узнал, что слова написал “настоящий, волею божьей поэт”, по определению А. М. Горького, Александр Александрович Блок (в цикле “На поле Куликовом” ), замечательный патриот, сказавший: “О Русь моя! Жена моя!”.

Хоть Блок был одним из лидеров в общем-то далекого от реальной жизни течения - символизма, он в своих произведениях постоянно сочувствовал трудовому люду, особенно рабочим. В известном стихотворении “Фабрика” он рассказывает о том, как “недвижный кто-то, черный кто-то” “медным голосом завет”.

Согнуть измученные спины.

Внизу собравшийся народ.

В другом стихотворении, написанном в революционный 1905 год (“Сытые” ), поэт с сарказмом говорит о том, что богатые - “сытые” - “скучали и не жили”, в то время как кругом слышались “мольбы о хлебе”. Но вот началась революция, слышен “красный смех... знамен, и Так - негодует все, что сыто, Тоскует сырость важных чрев: Ведь опрокинуто корыто, Встревожен их прогнивший хлев!” Однако - и на это очень важно обратить внимание - Блок не призывает к расправе: Пусть доживут свой век привычно Нам жаль их сытость разрушать.

Принимая в революции свержение старого и отжившего, он не хочет, чтобы она была жесткой и кровавой.

Ведь известно, что самосуды времен революции 1917 года потрясали Блока, хотя, видимо, он находил им оправдание.

Эпизод самосуда как раз и является сюжетным стержнем сложной по композиции и художественным средствам поэмы о революции “Двенадцать”. Революционный боец Петруха убивает свою возлюбленную Катьку за то, что та изменила ему с предателем Ванькой. Последний успел убежать, но ему обещано:

Утек, подлец! Ужо, постой,

Расправлюсь завтра я с тобой!

И это не пустые угрозы:

Помнишь, Катя, офицера.

Не ушел он от ножа...

Но в целом поэма - гимн революции. Недаром в конце ее появляется “первый революционер на земле” Иисус Христос. И в своей статье, обращенной к русской интеллигенции, “Революция и интеллигенция” Блок призывал: “Слушайте революцию!”. Кажется, что писатель полностью благословляет революцию:

Мы на горе всем буржуям

Мировой пожар раздуем,

Мировой пожар в крови

Господи, благослови!

Но поэма оставляет двойственное впечатление, потому что поэт реалистичен:

Запирайте этажи,

Нынче будут грабежи!

Двенадцать человек (символ двенадцати апостолов, впереди которых идет Христос) изображены то романтически: “Кругом - огни, огни, огни... Оплечь ружейные ремни... “, то натуралистично: “В зубах цигарка, примят картуз. На спину надо б бубновый туз!” (знак каторжника).

Поэма, языком которой трудно не восхищаться, вводит нас в обстановку революционных месяцев, окрашенную и упоением свободой, и начинающимся насилием над волей и правами людей.

Сегодня вопрос о роли революции - один из главных для многих из нас. С расстояния трех четвертей века отчетливо видны ошибки и преступления революции, но видна и великая энергия великого народа, которую так долго сдерживали.

Историки еще десятилетия будут спорить о роли Октября, но нынче мы должны быть сильно благодарны Александру Блоку за то, что он так точно и ярко запечатлел революционную эпоху в своем небольшом произведении. А если еще вспомнить, что он благословлял революцию, в пожаре которой сгорела его выдающаяся библиотека (она собиралась поколениями его предков!), мы согласимся с А. М. Горьким, что это “человек бесстрашной искренности”, и поймем слова К. Федина, который после безвременной смерти 40-летнего поэта говорил, что уже “не будет подобного мужества и подобной тоски о правде будущего, какие проявил А. Блок”.